РЕГИОН-ЗОЛОТО
Пользователей:13664
Подписчиков:12704
Организаций:7556
Изделий:1858
Экспо-Ювелир
ЦБ РФ / 07.12.2016
Доллар (USD): 63,9114 руб.Евро (EUR): 68,5002 руб. Золото: 2406,68 руб. Серебро: 34,5 руб. Платина: 1910,96 руб. Палладий: 1493,84 руб.
Ювелир Дизайн
Аурис драгоценные металлы
Италмакс
Legor
Coglar
Альфа-Металл
Рекламное место сдается
Золотой сезон
Нефрит
Золотая Сова
Фабберс
aurten.ru
ГлавнаяПубликацииИнтервьюРазное
Ник Хайек, гендиректор Swatch Group рассказывает, как Swatch Group купила Harry Winston, зачем выводит на рынок автоматические часы с рекордно низкой ценой и почему продажи в штуках важнее продаж в деньгах.

— Swatch System 51 радикально меняют представление о том, как должны производиться автоматические часы и сколько должны стоить. Почему вы решили создать их?

— Мы придумали Swatch 51, чтобы заявить: инновации в механических часах возможны также и в нижнем ценовом сегменте. Swatch никогда не участвовала в Baselworld как самостоятельный бренд. Потому что вначале она была неинтересна ритейлерам: если вы продаете часы за 100 франков, вы зарабатываете на них 40 франков, а если за 1000 франков — то уже 400. Конечно, можно делать деньги на обороте, продавая больше часов, но для них это было сложно. Поэтому мы с самого начала поставили себе цель: продавать Swatch напрямую клиентам (а Baselworld — это выставка, на которой марки продают часы ритейлерам).

Но в этом году мы сделали исключение, поскольку в 2013 г. исполняется 30 лет с момента появления Swatch. И все эти фантастические бренды, которые сегодня выставляются на Baselworld, — они существуют исключительно благодаря тому, что появление Swatch спасло швейцарскую часовую индустрию.

Что сегодня делают некоторые часовые марки? Добавляют больше золота, бриллиантов и увеличивают, увеличивают, увеличивают цены… Но мы должны думать не о цене, а о количестве! Если вы посмотрите на цифры экспорта швейцарских часов, то доля Swatch Group в денежном выражении составляет около 25%. Но если вы посмотрите на ту же статистику в штуках, то наша доля — 75%! Будущее швейцарской часовой индустрии — это не только люкс, но и объемы, и я не хочу, чтобы швейцарская индустрия зависела только от Swatch Group и ее разработок, а другие марки продолжали вкладывать деньги не в производство, а только в маркетинг своих дорогих часов. Наши Swatch 51 — это сигнал всей часовой индустрии: если Swatch может произвести революцию в мире механических часов, выпустив часы с автоматическим подзаводом и запасом хода 90 часов, то почему не можете вы? Вы тоже должны думать о производстве!

Вся часовая индустрия думает про усложнения в часах. А мы в виде Swatch 51 предлагаем не усложнение, а упрощение! При одновременном улучшении качества и потребительских характеристик. Технические решения, которые мы нашли в процессе разработки Swatch 51, могут быть использованы и для других наших брендов — вплоть до Breguet.

Создав эти часы, мы получили 17 патентов — не только на элементы конструкции и материалы, но также и на принципы производства. Ведь как сегодня размышляют промышленные компании в Европе и США? Будем вести R&D, а производство закажем где-нибудь на стороне или на собственных заводах, но в странах с низкой стоимостью рабочей силы. Это в корне неверно! Необходима прямая связь между отделами разработок и производством. Задумавшись о разработке Swatch System 51, мы сразу обозначили себе цели: это должен быть высокоэффективный, высокотехнологичный продукт, на 100% произведенный в Швейцарии. И мы добились этих целей. Но без непрерывных контактов с нашими производственниками наши разработчики никогда бы этого не сделали, а так они постоянно общались: возможно ли реализовать на производстве эту идею, а эту, а эту? В результате разработчики стали смотреть на проблему глазами производственников, и наоборот. Весь процесс создания Swatch System 51 занял у нас 2,5 года.

— Сколько будут стоить Swatch System 51?

— Часы будут стоить в районе 100-200 швейцарских франков — сейчас не готов сказать точно, но, возможно, 140-150 франков. Слишком дешево — плохо, слишком дорого — тоже.

— В 2012 г. глобальные продажи Swatch Group выросли на 14% до 8,143 млрд франков. В интервью «Ведомостям» в 2011 г. вы рассказывали, что Swatch Group достигнет оборота в 10 млрд франков в течение 3-5 лет. Вы идете по графику?

— А объем продаж в деньгах — это не главная цель. Гораздо более важные цели — это объем продаж в штуках и рыночная доля. Журналисты приходят ко мне и спрашивают: что вы еще купите? Но у Swatch Group достаточно внутренних резервов для роста, мы способны достигнуть отметки в 10 млрд франков и без поглощений: мы сильны, креативны, имеем собственную производственную базу, и у нас мощные бренды. И я дал четкий сигнал людям в нашей компании: «У наших брендов достаточно собственной силы и потенциала!» То есть я не одержим идеей достичь 10 млрд, но если глобальная экономика будет достаточно сильной, а северокорейский диктатор не сбросит ядерную бомбу, то вполне возможно, что мы достигнем продаж в 10 млрд франков в течение 2-3 лет. И если обменные курсы валют будут стабильны: если бы франк не подорожал так сильно, может быть, мы бы достигли 10 млрд уже в прошлом году.

В то же время поглощение Harry Winston даст нам значительное присутствие в сегменте ювелирных украшений — покупая компанию, мы в первую очередь думали о рынке ювелирных изделий, а лишь затем — о часах. И эта сделка даст нам широкий доступ к алмазам, поскольку мы купили компанию у Боба Гэнникота — настоящего геолога, который потратит эти деньги на приобретение новых алмазных рудников. И мы хотим продолжать бизнес с ним, поскольку мы потребляем много бриллиантов. Мне всегда хотелось купить алмазное мeсторождeние, однажды я даже говорил об этом в интервью. А теперь мы купили Harry Winston и получили возможность создать совместное предприятие с алмазодобывающей компанией.

— Поглощение Harry Winston — отличная сделка, поздравляю! Такой сильный ювелирный бренд, как Harry Winston, был нужен Swatch Group, и вы его получили. Как случилась эта сделка?

— Я не думаю, что он уж так сильно был нам нужен. Мы вели переговоры с Бобом больше года, но что-то никак не срасталось. Хотя мы очень симпатичны друг другу: он человек из реального мира, который любит машины, оборудование, а мы тоже люди производства. Но изначально компания была нам не очень интересна: была не на том уровне, что сейчас, стоила дорого… А мы так деньги не тратим.

Но в прошлом году, перед Рождеством, Боб позвонил мне опять и сказал: «Ник, ваша компания — лучшая, для того чтобы обладать Harry Winston. И мы можем продолжать бизнес вместе». А незадолго до этого у меня была встреча с руководителем казначейства Swatch Group. У него скопился миллиард франков, которые нужно было где-то разместить. Но если размещать эти деньги за пределами Швейцарии, то ставка будет негативной. В Швейцарии же уже столько денег, что стоит вопрос, в каком банке их хранить, — не стоит складывать все яйца в одну корзину. И тут вновь возник вариант с Harry Winston. И в этот раз все срослось — тем более учитывая значительно подорожавший по отношению к доллару франк, что сделало для нас сделку еще более привлекательной. Мой отец [основатель Swatch Group Николас Хайек] всегда говорил: «Ник, если ты видишь больше возможностей, чем рисков, если у тебя достаточно наличности и ты можешь совершить сделку без участия банков, — делай».

Мы быстро обсудили этот вариант с моей сестрой [Найлой Хайек, председателем правления Swatch Group] и моим племянником [Марком Хайеком, руководителем люксовых брендов Breguet, Blancpain и Jaquet Droz] — и пришли к положительному решению. После чего сделку одобрило правление Swatch Group. Мы получили одобрение антимонопольных органов всех крупнейших стран, и сделка была закрыта 26 марта. Harry Winston — красивый и сильный бренд, но нам нужно время, чтобы интегрировать его. Время у нас есть, спешить мы не будем. Harry Winston будет заниматься моя сестра, которая стала председателем правления и гендиректором компании.

— В России часами и украшениями Harry Winston торгует компания Mercury. Когда-то она продавала и престижные часы марок, входящих в Swatch Group, — Breguet, Blancpain, Omega, но со временем ваше сотрудничество сошло на нет. Сохраните ли вы контракт Harry Winston с Mercury?

— До того как мы создали дочернюю компанию в России, Mercury была нашим клиентом, закупала часы. Но затем появилась Swatch Group Rus, и мы объединили все наши бренды под одной крышей. Мы никогда не возражали против того, чтобы Mercury оставалась нашим ритейлером. Но проблема была, например, в том, что они не могли предоставить Omega того расположения, какого марка заслуживает. Нам пришлось самим искать решение. Теперь мы партнеры, у них есть контракт, который мы будем уважать, надеюсь, что и они будут. Надеюсь, что Mercury осознала, что у Swatch Group очень сильные бренды, которые растут действительно хорошо.

— Будете ли вы создавать СП с компанией Гэнникота Dominion Diamonds и когда?

— Я не вижу причин, почему такое СП не может быть создано: нам нужны бриллианты, много бриллиантов, Бобу нужны покупатели, и мы оба хотим работать вместе в области огранки бриллиантов. Это ситуация, сулящая взаимную выгоду. Но когда именно СП будет создано, пока говорить рано: повторюсь, прошло еще слишком мало времени с момента утверждения сделки по Harry Winston, нам нужно разобраться со своим приобретением.

— Во время нашего предыдущего разговора в 2011 г. вы описали объемы продаж, на которые должны выйти ваши крупнейшие бренды через три года: Breguet должен достичь отметки в 1 млрд франков, Omega — 3 млрд франков, Swatch, Longines и Tissot — по 1 млрд франков. Марки выдерживают заданный темп?

— В случае с Longines гораздо важнее то, что прибыль только одного этого бренда в прошлом году оказалась выше, чем у всего часового и ювелирного подразделения LVMH, включая Bulgari. Продажи Omega в прошлом году оказались в границах 2 млрд и 3 млрд франков, Longines — значительно выше 1 млрд, Tissot — более 1 млрд. У Breguet и Swatch также есть потенциал для достижения отметки в 1 млрд франков. Но в случае Swatch для меня гораздо важнее увеличивать продажи в штуках, чем во франках, потому что это увеличит загрузку фабрик, на которых мы делаем компоненты, и их синергию. Это принесет группе гораздо большее увеличение оборота! В случае с Breguet главная цель — выпуск красивых и инновационных часов, использующих новые материалы и полностью удовлетворяющих покупателя; расширение розничной сети. Конечно, Breguet может достичь 1 млрд, мы расширяем производство, построили новую мануфактуру, и продажи продолжают расти. Но гораздо важнее, что Breguet продолжает делать прекрасные часы, ради обладания которыми люди иногда готовы ждать 6-12 месяцев.

— У вас на руке часы Omega, но, насколько я вижу, это не модель, посвященная Сочи-2014. Вы на Олимпиаду в Сочи собираетесь?

— Обязательно! Я сначала думал прилететь в Сочи самостоятельно, на своем вертолете, но это все-таки слишком далеко, так что полечу обычным порядком.

— А что дает Omega спонсирование Олимпийских игр?

— Это не спонсирование. Это наследие. Это как Moonwatch — часы Omega оказались на Луне, потому что NASA провело серию тестов (без участия Omega) и выяснило, что именно часы Omega лучше всех удовлетворяют критериям для космической экспедиции на Луну. То же самое и с Олимпийскими играми — Omega является их хронометристом с 1932 г. благодаря точности и техническому совершенству инструментов Omega. С тех пор Omega делала это 25 раз. Вы, должно быть, видели это на Играх в Лондоне и скоро увидите в Сочи, что Omega — единственный бренд, который виден на олимпийских стадионах. Почему? Потому что мы гарантируем точность результатов. Технологии измерения спортивных результатов — таких, как Touch Pad в плавании, — это разработки и наследие Omega. Omega осуществляла хронометраж и на Олимпиаде в Лондоне в 1948 г., и в Москве в 1980-м, когда был бойкот, и четыре года спустя в Лос-Анджелесе, когда опять был бойкот… Это часть истории и наследия бренда.

— Swatch Group сокращает поставки компонентов и механизмов независимым компаниям, некоторые из них пытаются с вами судиться. Мне доводится слышать от представителей небольших часовых компаний: «Мы больше не друзья Swatch Group».

— Мы не хотим создавать им проблем. Но основной посыл, с которым Swatch Group обратилась в швейцарский антимонопольный орган, — что мы не должны быть обязаны поставлять наши компоненты всем. Ведь мы производим не только автоматические, но и кварцевые механизмы, и в кварце не являемся монополистами. И эти же самые маленькие (и большие) компании покупают кварцевые механизмы как у нас, так и у наших конкурентов. Они могут выбирать, у кого покупать, мы — кому продавать. Того же самого мы хотим добиться и в случае с механизмами и компонентами для механических часов, — чтобы у нас появились конкуренты. Другие часовые компании должны вкладывать деньги не только в маркетинг и роскошные павильоны, но и в производство.

И почему они жалуются только на Swatch Group? А не идут, скажем, к Richemont Group, LVMH или Rolex и не говорят им: «Ребята, вы такие большие и богатые, вложите ваши миллионы в расширение производства компонентов, станьте конкурентами Swatch Group, а мы, маленькие и бедные, будем их у вас закупать».

— То есть вы не чувствуете себя «убийцей малышей»?

— Благодаря Swatch Group все эти «малыши» появились. Им надо помнить про это. В 1992 г. никто не желал инвестировать в производство механических часов, никому был не нужен Nivarox, который производил компоненты. Но нашелся предприниматель — мой отец, который принял риски и вложил деньги. У нас было не так много денег, мы произвели 10 млн швейцарских механических часов. И продали их. А потом, когда начался бум механических часов, все ими заинтересовались. И начали инвестировать в марки и закупать компоненты у нас. Но мы не супермаркет, в который можно всегда прийти и сказать: хочу это, это и вот это.

— В 2011 г. Swatch Group инициировала два крупных судебных разбирательства: с Bloomberg из-за публикации расшифровки вашей телефонной конференции с банковскими аналитиками, объявленной «не для печати», и с банком UBS, инвестфонд которого продал группе продукт под названием Absolute Return, по которому вы ничего не получили. Чем закончились эти суды?

— В случае с Bloomberg судья решил, что они имели право публиковать расшифровку нашей телеконференции. Дело против UBS продолжает слушаться. Но вы знаете, что в UBS в прошлом году поменялось руководство, — председателем правления банка стал [бывший президент Бундесбанка] Аксель Вебер. И мне кажется, что новое руководство UBS понимает, что лучше решить эту проблему.

— А ваша тяжба с Tiffany & Co по поводу расторжения контракта на производство часов?

— Мы ждем решения арбитража.

— Barron’s включил вас в список лучших директоров мира World’s Best CEOs. Что вы почувствовали?

— (Смеется.) Это слово я для печати употребить не могу. Вы знаете меня и знаете культуру нашей группы: рыночная капитализация компании не значит ничего. Вот если бы кто-то сказал: «Посмотрите на Ника Хайека: сколько рабочих мест он создал, скольким молодым людям дал дорогу в жизнь, какие новые фабрики открыл, какие продукты создают его компании и насколько удовлетворены ими покупатели… Вот если бы критерии были такими, я бы сказал, что я горд. Но когда говорят: он утроил капитализацию компании — да это же глупости! Если корейский диктатор сбросит бомбу, фондовый рынок схлопнется и на следующий год я буду «лузером года».

Но здесь интересно другое: насколько поверхностными могут быть не только СМИ, но и финансисты — не все, но тем не менее. До того как мы купили Harry Winston, американцы Swatch Group не воспринимали как игрока на рынке роскоши, хотя, естественно, знали Breguet, Blancpain, Omega… А теперь сравнивают нас с LVMH, c Richemont Group, мне звонят из The New York Times, Barron’s включает меня в список. Только потому, что мы купили люксовый американский бренд и американцы поняли, что Swatch Group — это производитель не только недорогих пластиковых часов.



Источник: ВЕДОМОСТИ
Вы не авторизованы. Вход | Регистрация
Контекстная реклама
facebook twitter vkontakte g+ ok instagram
Контекстная реклама
Календарь
« 2013 »
Январь ( 0 )
Март ( 2 )
Май ( 1 )
Июнь ( 5 )
Июль ( 3 )
www.megastock.ru
Разработка портала: Adlogic Systems
Платформа: Xevian
0.74028 [ 124, 0 ] [10.1086]