РЕГИОН-ЗОЛОТО
Пользователей:13791
Подписчиков:12740
Организаций:7591
Изделий:1869
Экспо-Ювелир
ЦБ РФ / 22.02.2017
Доллар (USD): 57,8590 руб.Евро (EUR): 61,2090 руб. Золото: 2285,64 руб. Серебро: 33,45 руб. Платина: 1847,19 руб. Палладий: 1419,34 руб.
aurten.ru
Золотая Сова
Аурис драгоценные металлы
ДрагМетИнвест
Альфа-Металл
Legor
Ювелир Дизайн
Нефрит
Фабрика Гальваники
Италмакс
Рекламное место сдается
Coglar
ГлавнаяПубликацииИнтервьюРазное
Ник Хайек, гендиректор Swatch Group рассказывает, как Swatch Group купила Harry Winston, зачем выводит на рынок автоматические часы с рекордно низкой ценой и почему продажи в штуках важнее продаж в деньгах.

— Swatch System 51 радикально меняют представление о том, как должны производиться автоматические часы и сколько должны стоить. Почему вы решили создать их?

— Мы придумали Swatch 51, чтобы заявить: инновации в механических часах возможны также и в нижнем ценовом сегменте. Swatch никогда не участвовала в Baselworld как самостоятельный бренд. Потому что вначале она была неинтересна ритейлерам: если вы продаете часы за 100 франков, вы зарабатываете на них 40 франков, а если за 1000 франков — то уже 400. Конечно, можно делать деньги на обороте, продавая больше часов, но для них это было сложно. Поэтому мы с самого начала поставили себе цель: продавать Swatch напрямую клиентам (а Baselworld — это выставка, на которой марки продают часы ритейлерам).

Но в этом году мы сделали исключение, поскольку в 2013 г. исполняется 30 лет с момента появления Swatch. И все эти фантастические бренды, которые сегодня выставляются на Baselworld, — они существуют исключительно благодаря тому, что появление Swatch спасло швейцарскую часовую индустрию.

Что сегодня делают некоторые часовые марки? Добавляют больше золота, бриллиантов и увеличивают, увеличивают, увеличивают цены… Но мы должны думать не о цене, а о количестве! Если вы посмотрите на цифры экспорта швейцарских часов, то доля Swatch Group в денежном выражении составляет около 25%. Но если вы посмотрите на ту же статистику в штуках, то наша доля — 75%! Будущее швейцарской часовой индустрии — это не только люкс, но и объемы, и я не хочу, чтобы швейцарская индустрия зависела только от Swatch Group и ее разработок, а другие марки продолжали вкладывать деньги не в производство, а только в маркетинг своих дорогих часов. Наши Swatch 51 — это сигнал всей часовой индустрии: если Swatch может произвести революцию в мире механических часов, выпустив часы с автоматическим подзаводом и запасом хода 90 часов, то почему не можете вы? Вы тоже должны думать о производстве!

Вся часовая индустрия думает про усложнения в часах. А мы в виде Swatch 51 предлагаем не усложнение, а упрощение! При одновременном улучшении качества и потребительских характеристик. Технические решения, которые мы нашли в процессе разработки Swatch 51, могут быть использованы и для других наших брендов — вплоть до Breguet.

Создав эти часы, мы получили 17 патентов — не только на элементы конструкции и материалы, но также и на принципы производства. Ведь как сегодня размышляют промышленные компании в Европе и США? Будем вести R&D, а производство закажем где-нибудь на стороне или на собственных заводах, но в странах с низкой стоимостью рабочей силы. Это в корне неверно! Необходима прямая связь между отделами разработок и производством. Задумавшись о разработке Swatch System 51, мы сразу обозначили себе цели: это должен быть высокоэффективный, высокотехнологичный продукт, на 100% произведенный в Швейцарии. И мы добились этих целей. Но без непрерывных контактов с нашими производственниками наши разработчики никогда бы этого не сделали, а так они постоянно общались: возможно ли реализовать на производстве эту идею, а эту, а эту? В результате разработчики стали смотреть на проблему глазами производственников, и наоборот. Весь процесс создания Swatch System 51 занял у нас 2,5 года.

— Сколько будут стоить Swatch System 51?

— Часы будут стоить в районе 100-200 швейцарских франков — сейчас не готов сказать точно, но, возможно, 140-150 франков. Слишком дешево — плохо, слишком дорого — тоже.

— В 2012 г. глобальные продажи Swatch Group выросли на 14% до 8,143 млрд франков. В интервью «Ведомостям» в 2011 г. вы рассказывали, что Swatch Group достигнет оборота в 10 млрд франков в течение 3-5 лет. Вы идете по графику?

— А объем продаж в деньгах — это не главная цель. Гораздо более важные цели — это объем продаж в штуках и рыночная доля. Журналисты приходят ко мне и спрашивают: что вы еще купите? Но у Swatch Group достаточно внутренних резервов для роста, мы способны достигнуть отметки в 10 млрд франков и без поглощений: мы сильны, креативны, имеем собственную производственную базу, и у нас мощные бренды. И я дал четкий сигнал людям в нашей компании: «У наших брендов достаточно собственной силы и потенциала!» То есть я не одержим идеей достичь 10 млрд, но если глобальная экономика будет достаточно сильной, а северокорейский диктатор не сбросит ядерную бомбу, то вполне возможно, что мы достигнем продаж в 10 млрд франков в течение 2-3 лет. И если обменные курсы валют будут стабильны: если бы франк не подорожал так сильно, может быть, мы бы достигли 10 млрд уже в прошлом году.

В то же время поглощение Harry Winston даст нам значительное присутствие в сегменте ювелирных украшений — покупая компанию, мы в первую очередь думали о рынке ювелирных изделий, а лишь затем — о часах. И эта сделка даст нам широкий доступ к алмазам, поскольку мы купили компанию у Боба Гэнникота — настоящего геолога, который потратит эти деньги на приобретение новых алмазных рудников. И мы хотим продолжать бизнес с ним, поскольку мы потребляем много бриллиантов. Мне всегда хотелось купить алмазное мeсторождeние, однажды я даже говорил об этом в интервью. А теперь мы купили Harry Winston и получили возможность создать совместное предприятие с алмазодобывающей компанией.

— Поглощение Harry Winston — отличная сделка, поздравляю! Такой сильный ювелирный бренд, как Harry Winston, был нужен Swatch Group, и вы его получили. Как случилась эта сделка?

— Я не думаю, что он уж так сильно был нам нужен. Мы вели переговоры с Бобом больше года, но что-то никак не срасталось. Хотя мы очень симпатичны друг другу: он человек из реального мира, который любит машины, оборудование, а мы тоже люди производства. Но изначально компания была нам не очень интересна: была не на том уровне, что сейчас, стоила дорого… А мы так деньги не тратим.

Но в прошлом году, перед Рождеством, Боб позвонил мне опять и сказал: «Ник, ваша компания — лучшая, для того чтобы обладать Harry Winston. И мы можем продолжать бизнес вместе». А незадолго до этого у меня была встреча с руководителем казначейства Swatch Group. У него скопился миллиард франков, которые нужно было где-то разместить. Но если размещать эти деньги за пределами Швейцарии, то ставка будет негативной. В Швейцарии же уже столько денег, что стоит вопрос, в каком банке их хранить, — не стоит складывать все яйца в одну корзину. И тут вновь возник вариант с Harry Winston. И в этот раз все срослось — тем более учитывая значительно подорожавший по отношению к доллару франк, что сделало для нас сделку еще более привлекательной. Мой отец [основатель Swatch Group Николас Хайек] всегда говорил: «Ник, если ты видишь больше возможностей, чем рисков, если у тебя достаточно наличности и ты можешь совершить сделку без участия банков, — делай».

Мы быстро обсудили этот вариант с моей сестрой [Найлой Хайек, председателем правления Swatch Group] и моим племянником [Марком Хайеком, руководителем люксовых брендов Breguet, Blancpain и Jaquet Droz] — и пришли к положительному решению. После чего сделку одобрило правление Swatch Group. Мы получили одобрение антимонопольных органов всех крупнейших стран, и сделка была закрыта 26 марта. Harry Winston — красивый и сильный бренд, но нам нужно время, чтобы интегрировать его. Время у нас есть, спешить мы не будем. Harry Winston будет заниматься моя сестра, которая стала председателем правления и гендиректором компании.

— В России часами и украшениями Harry Winston торгует компания Mercury. Когда-то она продавала и престижные часы марок, входящих в Swatch Group, — Breguet, Blancpain, Omega, но со временем ваше сотрудничество сошло на нет. Сохраните ли вы контракт Harry Winston с Mercury?

— До того как мы создали дочернюю компанию в России, Mercury была нашим клиентом, закупала часы. Но затем появилась Swatch Group Rus, и мы объединили все наши бренды под одной крышей. Мы никогда не возражали против того, чтобы Mercury оставалась нашим ритейлером. Но проблема была, например, в том, что они не могли предоставить Omega того расположения, какого марка заслуживает. Нам пришлось самим искать решение. Теперь мы партнеры, у них есть контракт, который мы будем уважать, надеюсь, что и они будут. Надеюсь, что Mercury осознала, что у Swatch Group очень сильные бренды, которые растут действительно хорошо.

— Будете ли вы создавать СП с компанией Гэнникота Dominion Diamonds и когда?

— Я не вижу причин, почему такое СП не может быть создано: нам нужны бриллианты, много бриллиантов, Бобу нужны покупатели, и мы оба хотим работать вместе в области огранки бриллиантов. Это ситуация, сулящая взаимную выгоду. Но когда именно СП будет создано, пока говорить рано: повторюсь, прошло еще слишком мало времени с момента утверждения сделки по Harry Winston, нам нужно разобраться со своим приобретением.

— Во время нашего предыдущего разговора в 2011 г. вы описали объемы продаж, на которые должны выйти ваши крупнейшие бренды через три года: Breguet должен достичь отметки в 1 млрд франков, Omega — 3 млрд франков, Swatch, Longines и Tissot — по 1 млрд франков. Марки выдерживают заданный темп?

— В случае с Longines гораздо важнее то, что прибыль только одного этого бренда в прошлом году оказалась выше, чем у всего часового и ювелирного подразделения LVMH, включая Bulgari. Продажи Omega в прошлом году оказались в границах 2 млрд и 3 млрд франков, Longines — значительно выше 1 млрд, Tissot — более 1 млрд. У Breguet и Swatch также есть потенциал для достижения отметки в 1 млрд франков. Но в случае Swatch для меня гораздо важнее увеличивать продажи в штуках, чем во франках, потому что это увеличит загрузку фабрик, на которых мы делаем компоненты, и их синергию. Это принесет группе гораздо большее увеличение оборота! В случае с Breguet главная цель — выпуск красивых и инновационных часов, использующих новые материалы и полностью удовлетворяющих покупателя; расширение розничной сети. Конечно, Breguet может достичь 1 млрд, мы расширяем производство, построили новую мануфактуру, и продажи продолжают расти. Но гораздо важнее, что Breguet продолжает делать прекрасные часы, ради обладания которыми люди иногда готовы ждать 6-12 месяцев.

— У вас на руке часы Omega, но, насколько я вижу, это не модель, посвященная Сочи-2014. Вы на Олимпиаду в Сочи собираетесь?

— Обязательно! Я сначала думал прилететь в Сочи самостоятельно, на своем вертолете, но это все-таки слишком далеко, так что полечу обычным порядком.

— А что дает Omega спонсирование Олимпийских игр?

— Это не спонсирование. Это наследие. Это как Moonwatch — часы Omega оказались на Луне, потому что NASA провело серию тестов (без участия Omega) и выяснило, что именно часы Omega лучше всех удовлетворяют критериям для космической экспедиции на Луну. То же самое и с Олимпийскими играми — Omega является их хронометристом с 1932 г. благодаря точности и техническому совершенству инструментов Omega. С тех пор Omega делала это 25 раз. Вы, должно быть, видели это на Играх в Лондоне и скоро увидите в Сочи, что Omega — единственный бренд, который виден на олимпийских стадионах. Почему? Потому что мы гарантируем точность результатов. Технологии измерения спортивных результатов — таких, как Touch Pad в плавании, — это разработки и наследие Omega. Omega осуществляла хронометраж и на Олимпиаде в Лондоне в 1948 г., и в Москве в 1980-м, когда был бойкот, и четыре года спустя в Лос-Анджелесе, когда опять был бойкот… Это часть истории и наследия бренда.

— Swatch Group сокращает поставки компонентов и механизмов независимым компаниям, некоторые из них пытаются с вами судиться. Мне доводится слышать от представителей небольших часовых компаний: «Мы больше не друзья Swatch Group».

— Мы не хотим создавать им проблем. Но основной посыл, с которым Swatch Group обратилась в швейцарский антимонопольный орган, — что мы не должны быть обязаны поставлять наши компоненты всем. Ведь мы производим не только автоматические, но и кварцевые механизмы, и в кварце не являемся монополистами. И эти же самые маленькие (и большие) компании покупают кварцевые механизмы как у нас, так и у наших конкурентов. Они могут выбирать, у кого покупать, мы — кому продавать. Того же самого мы хотим добиться и в случае с механизмами и компонентами для механических часов, — чтобы у нас появились конкуренты. Другие часовые компании должны вкладывать деньги не только в маркетинг и роскошные павильоны, но и в производство.

И почему они жалуются только на Swatch Group? А не идут, скажем, к Richemont Group, LVMH или Rolex и не говорят им: «Ребята, вы такие большие и богатые, вложите ваши миллионы в расширение производства компонентов, станьте конкурентами Swatch Group, а мы, маленькие и бедные, будем их у вас закупать».

— То есть вы не чувствуете себя «убийцей малышей»?

— Благодаря Swatch Group все эти «малыши» появились. Им надо помнить про это. В 1992 г. никто не желал инвестировать в производство механических часов, никому был не нужен Nivarox, который производил компоненты. Но нашелся предприниматель — мой отец, который принял риски и вложил деньги. У нас было не так много денег, мы произвели 10 млн швейцарских механических часов. И продали их. А потом, когда начался бум механических часов, все ими заинтересовались. И начали инвестировать в марки и закупать компоненты у нас. Но мы не супермаркет, в который можно всегда прийти и сказать: хочу это, это и вот это.

— В 2011 г. Swatch Group инициировала два крупных судебных разбирательства: с Bloomberg из-за публикации расшифровки вашей телефонной конференции с банковскими аналитиками, объявленной «не для печати», и с банком UBS, инвестфонд которого продал группе продукт под названием Absolute Return, по которому вы ничего не получили. Чем закончились эти суды?

— В случае с Bloomberg судья решил, что они имели право публиковать расшифровку нашей телеконференции. Дело против UBS продолжает слушаться. Но вы знаете, что в UBS в прошлом году поменялось руководство, — председателем правления банка стал [бывший президент Бундесбанка] Аксель Вебер. И мне кажется, что новое руководство UBS понимает, что лучше решить эту проблему.

— А ваша тяжба с Tiffany & Co по поводу расторжения контракта на производство часов?

— Мы ждем решения арбитража.

— Barron’s включил вас в список лучших директоров мира World’s Best CEOs. Что вы почувствовали?

— (Смеется.) Это слово я для печати употребить не могу. Вы знаете меня и знаете культуру нашей группы: рыночная капитализация компании не значит ничего. Вот если бы кто-то сказал: «Посмотрите на Ника Хайека: сколько рабочих мест он создал, скольким молодым людям дал дорогу в жизнь, какие новые фабрики открыл, какие продукты создают его компании и насколько удовлетворены ими покупатели… Вот если бы критерии были такими, я бы сказал, что я горд. Но когда говорят: он утроил капитализацию компании — да это же глупости! Если корейский диктатор сбросит бомбу, фондовый рынок схлопнется и на следующий год я буду «лузером года».

Но здесь интересно другое: насколько поверхностными могут быть не только СМИ, но и финансисты — не все, но тем не менее. До того как мы купили Harry Winston, американцы Swatch Group не воспринимали как игрока на рынке роскоши, хотя, естественно, знали Breguet, Blancpain, Omega… А теперь сравнивают нас с LVMH, c Richemont Group, мне звонят из The New York Times, Barron’s включает меня в список. Только потому, что мы купили люксовый американский бренд и американцы поняли, что Swatch Group — это производитель не только недорогих пластиковых часов.



Источник: ВЕДОМОСТИ
Вы не авторизованы. Вход | Регистрация
Контекстная реклама
facebook twitter vkontakte g+ ok instagram
Контекстная реклама
Календарь
« 2013 »
Январь ( 0 )
Март ( 2 )
Май ( 1 )
Июнь ( 5 )
Июль ( 3 )
www.megastock.ru
Разработка портала: Adlogic Systems
Платформа: Xevian
0.30178 [ 96, 0 ] [8.9555]