Это кажется неправдоподобным, но скрытые от посторонних глаз механизмы уже пришли в движение, и это может иметь непредсказуемые последствия, пишет издание Business Day.

Во вторник вечером стало известно, что акционеры De Beers могут согласиться рекапитализировать компанию на сумму до $1 млрд, что позволит сократить ее долг на четверть.

Объявленная новость кажется логичной и достаточно безобидной – еще одна попытка рекапитализации, вызванная нехваткой и дороговизной корпоративного кредитования после прошлогоднего краха кредитных рынков.

Однако в глаза бросаются некоторые детали, в которых можно усмотреть начало расхождения путей семьи Оппенгеймер и компании, из которой наиболее влиятельная корпоративная династия Южной Африки постепенно взрастила огромного монстра.
Признаки отчуждения уже довольно очевидны. В Anglo Оппенгеймерам принадлежат, по всей вероятности, только 3% акций, но к размеру этой доли не стоит относиться с пренебрежением, потому что компания является одной из самых больших в мире. Однако эта доля гораздо меньше тех, которыми владеют многие инвестфонды. Никки Оппенгеймер входит в руководство Anglo, но только как неисполнительный директор. Конечно, с учетом истории этих взаимоотношений, его негласное влияние, вероятно, все еще значительно. Он был одним из тех, кто избрал нынешнюю руководительницу компании Синтию Кэрролл.
Официальные взаимосвязи Anglo и семьи Оппенгеймер в значительной степени регулируются соглашением об административных полномочиях, которое позволяет Оппенгеймерам управлять De Beers. Подробности контракта неизвестны, но каковы бы они ни были, этот документ важен для семьи Оппенгеймер. Однако это означает, что возможность напрямую влиять на управление De Beers у Anglo невелика.

Возможно, это было бы не столь важно, но по итогам первого полугодия De Beers показала падение чистой прибыли на 99% и балансирует на грани безубыточности. Понятно, что это был ожидаемый результат, поскольку этому предшествовало закрытие многих рудников компании в прошлом году, и решение было рассчитано на то, чтобы не вызвать затоваривания системы поставок алмазов. Обычно De Beers как наиболее влиятельный участник отрасли является ее главным опорным элементом.
Однако компания обременена долгом в размере $3,5 млрд, главным образом из-за расходов на рудники в Канаде и Ботсване в период отраслевого бума 2005 – 2008 гг. Возможно, De Beers ожидала, что спрос на алмазы в Китае и Индии будет выше, чем оказалось на самом деле.

Итак, перед нами компания, которая задолжала уйму денег, и ее текущее финансовое состояние неудовлетворительно. Ее прибыльный контракт с русскими о продаже их алмазов был решительно прекращен Европейским союзом. Похоже, что и в процессе пересмотра взаимоотношений с правительством Ботсваны в рамках их долговременного совместного предприятия по разработке крупнейших мировых месторождений алмазов правительству достался довольно большой кусок общего пирога.
Оно получает 50% прибыли, затем еще 15% в виде налогов, а затем и еще 15% совокупных доходов от международной деятельности компании, поскольку ему в ней принадлежит 15-процентная доля (40% акций у De Beers, 45% - у Anglo).
В итоге из каждого рэнда прибыли, полученной De Beers в Ботсване, Anglo достается только 15 центов. В Ботсване находятся крупнейшие месторождения алмазов, но постепенно происходит их выработка. Отсюда понятно, почему De Beers стремится наладить добычу алмазов в Канаде, а это опять возвращает нас к вопросу финансирования.

Проблема рефинансирования связана с двумя одинаково тупиковыми ситуациями. Первая касается взаимоотношений между троицей владельцев и банкирами. В комментариях по поводу сделанного объявления высказано предположение, что идея с эмиссией прав – не что иное, как попытка добиться от финансистов более хороших процентных ставок.
Но что, если их блеф станет явным? Сейчас никто не желает одалживать кому-либо хоть какие-то деньги, в чем уже убедились дубайские шейхи.

Тут ситуация попадает еще в один тупик. Вопрос заключается в том, захотят ли все три стороны принять участие в эмиссии прав?Даже для Оппенгеймеров выложить $400 млн наличными дело нелегкое, но они уже настолько неразрывны с алмазной индустрией, что, вероятней всего, сделают это. Очевидно, присоединится к ним и правительство Ботсваны.

А что же насчет Anglo? В статье The Financial Times вопрос о том, все ли трое акционеров одинаково заинтересованы в таком решении, интригующе оставлен без ответа. «Остается неясным», все ли акционеры подпишутся на эмиссию в соответствии со своей долей или кто-то позволит ее разводнить, пишет FT. «Первые признаки указывают на то, что все согласны на полную подписку, при которой соотношение 45-40-15 сохранится».

Если Anglo, и без того вовлеченная в дорогостоящую экспансию, действительно воспользуется своими правами на получение всей доли новых акций, это будет означать, что у компании есть вера в алмазную индустрию и в De Beers - вера, которая далеко не очевидна для многих не вовлеченных в деятельность отрасли.

В ходе бума на сырьевом рынке цены на алмазы, в отличие от других цен, выросли лишь незначительно. Ажиотаж на рынке сырья во многом обусловлен спросом в Китае. Интерес к алмазам в Китае вырос и будет продолжать расти, но сейчас он несопоставим со спросом на другое сырье и, вероятно, так будет еще довольно долго.

Так что новое руководство Anglo имеет дело с проблемным активом, потенциал долгосрочного развития которого неясен. Но в данный момент он балансирует на грани прибыльности, да и то Anglo достается лишь малая толика этой прибыли. И у нее нет никакого административного контроля над этим активом.

Anglo уже настроилась на распродажу активов и объявила недавно о готовности расстаться с рядом подразделений. И пусть это кажется маловероятным, трудно не заметить, что берущие начало в далеком прошлом взаимоотношения между Оппенгеймерами и Anglo могут стать еще одной жертвой рецессии.