Опечатка на 100 000 рублей: золотодобытчик оштрафован за ошибку в отчёте

В Николаевске-на-Амуре произошло необычное судебное разбирательство, где золотодобывающая компания ООО "НГК РЕСУРС" была оштрафована на 100 000 рублей. Причиной стало не хищение или уклонение от налогов, а всего лишь одна опечатка в отчёте.

Суть дела

25 марта 2025 года "НГК РЕСУРС" получила от "ПРОМСВЯЗЬБАНКа" крупный платёж в размере 55 миллионов рублей. Согласно закону № 115-ФЗ "О противодействии отмыванию доходов", эта операция подлежала обязательному контролю, так как её сумма превышала 1 миллион рублей.

Компания добросовестно направила отчёт в Росфинмониторинг. Однако сотрудник, заполнявший документ, допустил техническую ошибку: вместо даты 25.03.2025 указал 25.02.2025. Эта опечатка не осталась незамеченной.

Судебное разбирательство

Межрегиональное управление Федеральной пробирной палаты по Дальневосточному федеральному округу зафиксировало "недостоверное указание сведений" и составило протокол об административном правонарушении по части 2 статьи 15.27 КоАП РФ.

Представитель компании в суде признал вину, но просил признать нарушение малозначительным. Он объяснил, что:

• ошибка была технической, а не умышленной;

• компания немедленно исправила её и провела дополнительный инструктаж сотрудников;

• опечатка не нанесла никакого вреда государству или обществу;

• "НГК РЕСУРС" ранее не привлекалась к ответственности за подобные нарушения и в целом добросовестно выполняет свои обязательства.

В свою очередь, Федеральная пробирная палата настаивала на формальном характере нарушения, утверждая, что для наказания достаточно самого факта ошибки.

Решение суда

Суд признал ООО "НГК РЕСУРС" виновным. Несмотря на признание вины и смягчающие обстоятельства, такие как отсутствие умысла и технический характер ошибки, суд не нашёл оснований для прекращения дела из-за его "малозначительности".

В то же время, суд учёл, что ошибка была исключительным обстоятельством и назначил штраф в размере 100 000 рублей. Это наказание оказалось ниже минимально возможного, предусмотренного санкцией статьи. Таким образом, суд, с одной стороны, подтвердил важность соблюдения формальных требований, а с другой — принял во внимание отсутствие злого умысла.