«Ситилинк» судится с Wildberries за 371 млн рублей. А ювелиры продолжают ждать у моря погоды

Пока крупные компании предъявляют Wildberries многомиллионные иски за утраченные товары, пострадавшие ювелиры продолжают участвовать в совещаниях, обсуждать будущий аффинаж и ждать результатов сверки УИНов. Прошло почти четыре месяца после июльских пожаров на складах маркетплейса, но у многих собственников драгоценностей по-прежнему нет ни товаров, ни окончательного понимания сроков и размеров возмещения ущерба.

Сеть магазинов электроники и бытовой техники «Ситилинк» подала второй крупный иск к объединённой компании Wildberries и Russ (ООО «РВБ»). На этот раз сумма требований составляет 108,1 млн рублей. Заявление поступило в Арбитражный суд Московской области 14 октября 2026 года, а заседание назначено на 16 ноября.

Как сообщают «Ведомости», со ссылкой на источник, знакомый с ходом дела, претензии могут быть связаны с убытками от утраты товаров.

Это уже второй иск «Ситилинка» к маркетплейсу за последние полтора месяца. В сентябре ритейлер потребовал взыскать с ООО «РВБ» ещё 263,3 млн рублей. Таким образом, совокупная сумма заявленных требований достигла 371,4 млн рублей.

Примечательно, что суд уже предложил истцу представить доказательства передачи товаров маркетплейсу, документы складского учёта, сведения об ассортименте, количестве, стоимости продукции и сопутствующих расходах.

Иными словами, спор переходит в практическую юридическую плоскость: кто, кому, что передал, сколько это стоило и кто должен отвечать за утрату имущества.

Пока одни готовят иски, другие ждут очередного совещания

На этом фоне особенно показательно выглядит ситуация с ювелирными компаниями, пострадавшими после июльских пожаров на логистических объектах Wildberries.

Напомним, что 18 июля 2026 года в результате атак беспилотников пострадали складские комплексы маркетплейса. На них находились значительные объёмы ювелирных изделий, принадлежавших сторонним продавцам.

С тех пор прошло почти четыре месяца.

За это время состоялись многочисленные обращения, обсуждения, совещания с представителями маркетплейса, встречи с участием отраслевых объединений и государственных органов.

Однако принципиальные вопросы остаются открытыми.

На последней онлайн-встрече 9 ноября представители Wildberries сообщили, что предприятие для аффинажа остатков ювелирных изделий уже выбрано. Правда, его название пока не раскрывается, механизм распределения извлечённого металла ещё разрабатывается, а сверку УИНов обещают завершить в течение ближайших месяцев.

Получается удивительная картина: собственники драгоценного металла месяцами не могут получить своё имущество, а теперь им предлагают ждать, пока маркетплейс определится, кто, как и на каких условиях будет перерабатывать то, что от него осталось.

Причём речь идёт не только о повреждённых изделиях. Ювелиры сообщают и о проблемах с возвратом сохранившихся товаров, местонахождение которых остаётся неясным.

Почему ювелирный бизнес столь терпелив?

Разумеется, нельзя утверждать, что ювелиры бездействуют. Компании направляют обращения, собирают документы, участвуют в переговорах, а отраслевые объединения пытаются добиться приемлемого механизма урегулирования ситуации.

Но возникает закономерный вопрос: сколько ещё можно ждать добровольных решений маркетплейса?

«Ситилинк» не стал ограничиваться перепиской и ожиданием очередных разъяснений. Компания воспользовалась предусмотренным законом механизмом защиты имущественных интересов — обратилась в арбитраж.

Это не означает, что суд обязательно удовлетворит её требования. Не следует также автоматически приравнивать обстоятельства исков «Ситилинка» к ситуации с ювелирными изделиями после июльских пожаров: основания ответственности могут существенно различаться.

Однако сам подход заслуживает внимания.

Когда речь идёт о сотнях миллионов рублей, крупный бизнес предпочитает фиксировать претензии в судебном порядке, а не полагаться исключительно на обещания контрагента.

Почему же ювелирные предприятия, у которых на складах остались килограммы, а иногда и десятки килограммов драгоценного металла, должны бесконечно ожидать завершения внутренних процедур Wildberries?

Особенно с учётом того, что для многих небольших производителей утраченные изделия — это не просто товарные остатки. Это оборотный капитал, средства на закупку сырья, выплату заработной платы, обслуживание кредитов и производство новых коллекций.

Аффинаж не должен подменять возмещение ущерба

Отдельного внимания заслуживает идея переработки повреждённых украшений.

Сам по себе аффинаж — разумный способ извлечения драгоценных металлов из повреждённого имущества. Но возникает вопрос: почему собственники должны принимать возможные потери металла, расходы на переработку и неопределённость результатов как неизбежные последствия?

Ювелир передавал маркетплейсу готовые изделия, а не лом для переработки.

В стоимости этих изделий присутствуют не только драгоценный металл, но и работа производителя, камни, комплектующие, логистика и другие затраты.

Возврат определённого количества золота после аффинажа далеко не всегда означает полное возмещение стоимости утраченного товара.

Поэтому обсуждение переработки не должно заслонять главный вопрос: какую ответственность несёт маркетплейс за принятое от продавцов имущество и каким образом должны быть урегулированы их имущественные требования?

Ответ зависит от условий договора, обстоятельств происшествия и доказательств по каждому конкретному случаю. Но эти обстоятельства можно выяснять не только на совещаниях.

Не пора ли перейти от переговоров к юридическим действиям?

История «Ситилинка» наглядно показывает, что судебная защита интересов продавца — вполне реальный инструмент в отношениях с крупнейшим маркетплейсом страны.

Ювелирным компаниям, безусловно, необходимо учитывать специфику оборота ДМДК, порядок учёта изделий в ГИИС ДМДК, условия действовавшей оферты и возможные возражения о форс-мажоре.

Но сложность спора не делает бесконечное ожидание более выгодной стратегией.

Предприятия могут уже сейчас оценивать перспективы предъявления требований, фиксировать документально подтверждённые убытки, направлять претензии и при наличии оснований обращаться в суд. При этом судебное разбирательство не исключает возможности последующего мирового соглашения.

Более того, обращение в суд вовсе не обязательно означает прекращение переговоров с Wildberries. Напротив, наличие формализованных требований может придать таким переговорам совершенно иной характер.

Почти четыре месяца ювелирная отрасль пытается добиться ясности относительно судьбы своего имущества. Но сколько ещё времени должно пройти, прежде чем ожидание превратится в конкретные требования о возмещении убытков?

«Ситилинк» уже предъявил Wildberries иски на 371 миллион рублей. Ювелиры пока преимущественно обсуждают сроки сверки УИНов и выбор аффинажного предприятия.

Разница в подходах очевидна.

И, возможно, главный вопрос сегодня уже не в том, когда Wildberries завершит свои внутренние процедуры, а в том, сколько ещё ювелирные компании готовы ждать, прежде чем начнут защищать свои имущественные интересы в суде.

«Судимся с ВБ»: чат есть, а где иски?

Для ювелиров, намеренных добиваться возмещения ущерба через суд, даже создан специальный Telegram-чат с весьма решительным названием — «Судимся с ВБ». Казалось бы, само название предполагает активные действия: обмен юридическими документами, обсуждение судебной практики, подготовку претензий и исковых заявлений. Но пока складывается впечатление, что участники преимущественно наблюдают за развитием событий и чего-то ждут. Ждут результатов сверки, решений Wildberries, новостей об аффинаже, очередных обещаний и разъяснений. Символично, что на аватарке этого чата изображены знаменитые ждуны. Пожалуй, более точную иллюстрацию нынешнего настроения части пострадавшего ювелирного сообщества трудно придумать. Чат называется «Судимся с ВБ», но пока ему больше подошло бы название «Ждём от ВБ».