ФПП готовится к оценке ФАТФ: что показал подпольный аффинаж в Екатеринбурге

В Екатеринбурге прошли два координационных совещания, посвященных подготовке Уральского федерального округа к пятому раунду взаимных оценок Группы разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег (ФАТФ). Представители Федеральной пробирной палаты рассказали о рисках незаконных финансовых операций на рынке драгоценных металлов и камней и о мерах, которые должны повысить эффективность антиотмывочной системы.

Первая часть совещания состоялась в резиденции полномочного представителя Президента России в Уральском федеральном округе. В обсуждении по видеоконференцсвязи принял участие заместитель руководителя Федеральной пробирной палаты Дмитрий Замышляев. Основной темой стало повышение эффективности системы противодействия легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма.

Вторая часть мероприятия прошла на площадке Уральского главного управления Банка России. Руководитель Межрегионального управления Федеральной пробирной палаты по Уральскому федеральному округу Светлана Агафонова представила доклад о рисках вовлечения участников рынка драгоценных металлов и драгоценных камней в незаконные финансовые операции.

По сообщению ФПП, в выступлении также рассматривались меры по снижению этих рисков и повышению эффективности работы сектора ДМДК в антиотмывочном контуре.

К обсуждению присоединились представители Росфинмониторинга, Банка России, Генеральной прокуратуры, ФНС, Роскомнадзора, МВД, Минюста, Федерального казначейства и других ведомств. Участники обменялись мнениями и подготовили предложения по совершенствованию работы в сфере ПОД/ФТ, включая взаимодействие контрольных, надзорных и правоохранительных органов.

Проверять будут не доклады, а результат

Подготовка к очередному раунду взаимных оценок — это не только сверка нормативных документов и формальных процедур. Методология ФАТФ предусматривает оценку двух взаимосвязанных компонентов: технического соответствия установленным рекомендациям и реальной эффективности антиотмывочной системы.

Причем главным компонентом ФАТФ называет именно эффективность. Оцениваемая сторона должна представить доказательства того, что созданные механизмы действительно работают и дают требуемый результат: риски выявляются, сведения передаются между ведомствами, подозрительные схемы пресекаются, а виновные привлекаются к ответственности. Самого наличия законов, ведомственных регламентов, информационных систем и проведенных совещаний для высокой оценки недостаточно.

Для рынка драгоценных металлов и камней это имеет особое значение. Высокая стоимость при сравнительно небольшом физическом объеме, возможность переработки сырья и изменения формы металла, а также сложные цепочки поставок делают сектор привлекательным для теневого оборота и легализации преступных доходов. Именно поэтому от профильного надзорного органа ожидается не только разъяснение рисков участникам рынка, но и способность своевременно обнаруживать их практическую реализацию.

Неудобный вопрос к Уральскому МРУ

На этом фоне доклад руководителя Уральского МРУ ФПП о снижении рисков незаконных финансовых операций звучит особенно примечательно. Совсем недавно в том же Екатеринбурге сотрудники ФСБ и МВД пресекли деятельность подпольной лаборатории по кустарному аффинажу золота и серебра.

По данным правоохранительных органов, четверо граждан организовали химическую переработку вторичного драгосодержащего сырья, получая аффинированные драгоценные металлы. Золото и серебро направлялись из Екатеринбурга в Московский регион для последующего сбыта. В ходе операции были изъяты аффинированные гранулы стоимостью не менее 13,3 млн рублей, более 800 килограммов вторичного драгосодержащего сырья, химические реактивы и оборудование.

Такая схема не могла возникнуть в одночасье. Для нее требовались помещения, оборудование, регулярные поставки значительных объемов сырья, химические реагенты, транспортировка готового металла и налаженные каналы сбыта. Следствие продолжает устанавливать всех причастных, источники сырья и покупателей полученной продукции.

Именно поэтому трудно не задаться вопросом: как Уральское МРУ Федеральной пробирной палаты во главе со Светланой Агафоновой, располагая специальным учетом участников рынка, ГИИС ДМДК, риск-ориентированными механизмами контроля и межведомственными каналами взаимодействия, могло проморгать настолько масштабную схему, действовавшую буквально под боком?

Публичные материалы по уголовному делу пока не позволяют утверждать, состояли ли фигуранты или связанные с ними компании на специальном учете и какие конкретно сведения могли находиться в распоряжении ФПП. Однако это не снимает вопросов к эффективности регионального надзора. Сработали ли индикаторы риска? Возникали ли расхождения в движении сырья и металла? Поступала ли информация от других ведомств? Проводились ли в отношении связанных лиц профилактические или контрольные мероприятия? И почему столь крупную схему в итоге обнаружили и пресекли правоохранительные органы, а не профильная система контроля оборота драгоценных металлов?

На эти вопросы отрасль пока не получила публичного ответа. Между тем именно способность государства выявлять подобные схемы до того, как они перерастут в устойчивый межрегиональный канал нелегального оборота, и является практическим показателем эффективности антиотмывочной системы. Поэтому накануне пятого раунда взаимных оценок ФАТФ екатеринбургская история выглядит для Уральского МРУ не случайным фоном, а показательным экзаменом, результаты которого расходятся с благополучной отчетной картиной.