Россия — вторая в мире по росту богатства. А был ли мальчик и почему отрасль ДМДК не видит очередей?

По данным свежего отчета швейцарского финансового холдинга UBS «О мировом богатстве», Россия заняла второе место в мире по темпам роста благосостояния населения. За период с 2020 по 2025 год этот показатель на одного взрослого жителя страны вырос на внушительные 37%.

Впереди оказалась только Южная Корея, где прирост составил 55%, а замыкает тройку лидеров Хорватия с результатом +29%. Для сравнения, многие страны Западной Европы продемонстрировали падение: Великобритания возглавила антирейтинг со снижением на 23,2%, Нидерланды ушли в минус на 14,4%, а Франция — на 4,5%.

Важно отметить методологию UBS: под «богатством» аналитики понимают совокупность финансовых и реальных (в первую очередь, недвижимости) активов за вычетом всех долгов. Подсчет ведется в национальной валюте с обязательной поправкой на инфляцию. То есть зафиксированный рост на 37% — это реальное увеличение активов, очищенное от инфляционных и курсовых искажений.

«А был ли мальчик?» или почему ювелиры в недоумении

Читая подобные макроэкономические сводки, участники рынка задаются справедливым вопросом. Официальная статистика бьет рекорды, доходы якобы растут, однако в ювелирных салонах не наблюдается ажиотажа. Покупателей становится меньше, а объемы продаж в штуках уже давно не те, что были несколько лет назад. В чем же подвох и как на самом деле формируются эти 37%?

Ответ кроется в нюансах распределения капитала, которые обнажают суровую реальность:

1. Среднее против медианного. UBS оперирует средними арифметическими показателями. При этом в самом отчете зафиксировано, что по индексу Джини (коэффициенту неравенства распределения богатства) Россия имеет показатель 0,82 — один из самых высоких в мире. Это означает колоссальный разрыв: львиная доля прироста благосостояния сконцентрирована у узкой прослойки наиболее состоятельных граждан. Совокупный капитал миллиардеров бьет рекорды, вытягивая «среднюю» цифру вверх, в то время как у рядового покупателя, составляющего основу трафика масс-маркета, реальные свободные средства, скорее всего, стагнируют.

2. Бумажные активы и депозиты, а не живые деньги. Значительная часть этого «богатства» обеспечена беспрецедентно высокими процентными ставками по депозитам и удорожанием недвижимости. Граждане предпочитают держать средства на вкладах под высокий процент, а не тратить их на предметы роскоши. Это капитал, который «припаркован» в банках, а не вращается в потребительском секторе.

3. Новая финансовая реальность бизнеса. Вся отрасль ДМДК — от розничных сетей и ломбардов до аффинажных предприятий — ощущает на себе диссонанс между победными реляциями и реальным спросом. Учитывая, что ювелирная розница уже ушла от патентной системы налогообложения (ПСН), налоговая нагрузка и издержки на администрирование существенно выросли. В сочетании с рекордными биржевыми ценами на золото, цены на витринах неизбежно ползут вверх, что еще сильнее отпугивает стремительно сокращающийся средний класс.

Итог: Статистика швейцарского банка не врет математически, но она отражает лишь «среднюю температуру по больнице». Реальное богатство в стране действительно растет, но оно локализовано. Для широкого рынка этот 37-процентный скачок пока остается лишь красивым графиком в западном отчете, никак не конвертируясь в реальный рост продаж обручальных колец и серебряных цепей.